Статистика краудлендинга: отчеты ЦБ против данных платформ

Или регулятор считает как-то иначе.

На самом деле правда, как обычно, посередине: цифры не обязательно противоречат друг другу, но и не складываются в одну понятную картину без усилий. Они могут относиться к разным портфелям, периодам, типам задолженности и стадиям просрочки. Если вы закидываете в займы хотя бы часть свободных денег, разобраться в этой разнице — не блажь аналитика, а вопрос сохранности вашего тела долга.

Почему цифры ЦБ и платформ смотрят в разные стороны

Начать стоит с простого факта: регулятор и платформа измеряют разные вещи и делают это в разном масштабе. Оператор инвестиционной платформы (ОИП) видит собственный портфель — кого скорил, кому выдал деньги, кто из заемщиков задержал очередной платеж. Банк России собирает агрегированную отчетность по всему реестру и получает сводные цифры по 105 компаниям, работающим на конец 2025 года.

Это разные оптики. Расхождение между ними само по себе не доказывает ни сговор, ни халатность, ни попытку кого-то ввести инвестора в заблуждение. Но оно становится проблемой, если площадка выставляет свою цифру как прямой эквивалент рыночной статистики.

Здесь и кроется первая ловушка. «Просрочка 8%» в личном кабинете может означать текущую долю договоров или задолженности, по которым платеж задержан на данный момент. Но инвестору не всегда ясно, входят ли туда займы с задержкой в несколько дней, реструктурированные обязательства, списания и требования, переданные на взыскание.

По данным, приведенным в обзорах рынка за 2025 год, 73% от всего объема просроченной задолженности приходилось на задержки свыше 90 дней. Это уже не обычная техническая просрочка, которую заемщик быстро закрыл после сбоя платежа. Такой срок — зона серьезного кредитного риска, где вопрос обычно стоит не только о дате следующего платежа, но и о вероятности возврата всей суммы.

Поэтому сравнивать 7–9% на экране платформы с 22% в отчете ЦБ без расшифровки нельзя. В первом случае может быть показан весь текущий портфель с одной методикой, во втором — агрегированный объем задолженности по рынку, включая длительные просрочки. У этих показателей разные знаменатели и разный экономический смысл.

Цифры не врут — они отвечают на разные вопросы. Задача инвестора — задать правильный вопрос обеим сторонам.

Есть и вторая причина разрыва — момент фиксации. Платформы раскрывают данные в собственном ритме, регулятор публикует отчетность с задержкой относительно текущего состояния рынка. К моменту, когда вы читаете годовой или квартальный обзор ЦБ, на конкретной площадке часть займов могла вернуться в график, часть — перейти в более глубокую просрочку, а часть — быть реструктурирована.

Поэтому анализ рынка и статистика здесь работают не как застывшая фотография, а как серия кадров. Их нужно сопоставлять по датам, периодам и определениям, а не склеивать в одну обманчиво точную цифру.

Что нужно выяснить перед сравнением

Минимальный набор вопросов к любой статистике выглядит так:

• речь идет о количестве договоров или об объеме задолженности;
• в показатель включены только действующие займы или также закрытые и проблемные;
• считается просрочка с первого дня или только после определенного срока;
• как учитываются реструктурированные договоры;
• попадают ли в расчет списанные требования и займы в процессе взыскания;
• указана доля от выданных средств, от текущего портфеля или от всех обязательств;
• за какой день, квартал или год приведены данные.

Если на часть этих вопросов нет ответа, цифра может быть пригодна для общей оценки, но не для сравнения двух платформ и принятия решения о вложениях.

Показателен и сам выбор знаменателя. Доля просрочки от объема выданных займов отвечает на один вопрос: какая часть исторического потока денег столкнулась с проблемой. Доля просрочки от текущего портфеля отвечает на другой: насколько велик проблемный сегмент среди обязательств, которые еще находятся в работе. Если смешать эти показатели, можно получить формально корректный процент и совершенно неверное впечатление о качестве портфеля.

Наконец, нужно отличать просроченную сумму от суммы, которую уже признали безнадежной или списали. Пока заемщик задерживает платеж, обязательство может оставаться в отчетности как просроченное. После реструктуризации оно может перейти в другую категорию. После завершения взыскания результат будет иным. Для инвестора это не терминологическая деталь: от статуса зависит, воспринимать ли показатель как временный сбой, затяжную проблему или уже реализованный убыток.

Масштабы просроченной задолженности: что реально произошло в 2025 году

Если отойти от методических тонкостей и посмотреть на объем проблемы, картина получается тревожной. По данным Банка России и Ассоциации операторов инвестиционных платформ, к концу 2025 года объем просроченной задолженности в краудфандинге достиг 7,2 млрд рублей. Это на 3,5 млрд больше, чем годом ранее. Доля просрочки в общем объеме обязательств превысила 22%, прибавив 8 процентных пунктов к показателю конца 2024 года.

Это не означает, что каждый пятый договор перестал обслуживаться. Речь идет о доле задолженности в соответствующем агрегированном показателе, а не обязательно о доле заемщиков или договоров. Крупный заемщик с одним большим обязательством может повлиять на статистику сильнее, чем множество небольших займов, которые продолжают выплачиваться по графику.

Именно поэтому инвестору мало знать только рыночные 22%. Нужно понимать распределение: какая часть просрочки приходится на короткие задержки, какая — на обязательства свыше 90 дней, сколько уже реструктурировано и какой объем находится в юридической процедуре взыскания.

Важен и состав портфеля. Площадка, работающая преимущественно с краткосрочными оборотными займами, и платформа, размещающая более длинное финансирование инвестиционных проектов, будут по-разному проходить через периоды ухудшения платежной дисциплины. В первом случае проблемы могут проявиться быстро и одновременно с окончанием сроков отдельных договоров. Во втором — дефолтность способна накапливаться постепенно, а текущая доходность некоторое время будет выглядеть устойчивой из-за продолжающихся платежей по старым займам.

Почему сравнение с облигациями часто вводит в заблуждение

В черновых обзорах краудлендинг нередко сравнивают с корпоративными облигациями, а затем делают вывод, что облигации почти полностью защищают инвестора. Это слишком широкое и потому неточное утверждение.

Корпоративная облигация — биржевой или внебиржевой долговой инструмент, и условия защиты зависят от конкретного выпуска. Не каждая облигация проходит листинг на бирже в одинаковом режиме, не каждый эмитент раскрывает отчетность по МСФО, а обеспечение есть только там, где оно предусмотрено условиями выпуска. Даже наличие биржевого обращения не отменяет кредитный риск эмитента и не гарантирует возврат номинала.

У облигаций могут быть более стандартизированные правила раскрытия информации, установленная документация выпуска, ковенанты, поручительство или залог. При дефолте у держателя есть юридические механизмы предъявления требований, участия в процедурах, обращения к представителю владельцев облигаций и другие предусмотренные законом инструменты. Но эти механизмы не превращают инструмент в безрисковый и не означают, что взыскание будет быстрым или полным.

В краудлендинге защита устроена иначе. Инвестор финансирует заемщика по договору займа через оператора инвестиционной платформы. У него могут быть права требования к заемщику, поручителю или залогодателю, если такие условия предусмотрены конкретным предложением. Но обеспечение не возникает автоматически, а платформа не отвечает за исполнение обязательства заемщиком только потому, что разместила его заявку.

То есть корректное сравнение должно выглядеть не так: «облигации защищены, а краудлендинг — нет». Правильнее говорить о разных уровнях стандартизации, раскрытия и юридической конструкции. В обоих случаях остается риск неплатежа, но набор доступной информации и механизмов взыскания зависит от конкретного инструмента.

Где сосредоточена проблема

Просрочка не распределена равномерно между всеми ОИП. По структуре реестра на конец 2025 года 57% площадок работали исключительно в сегменте краудлендинга, 20% — исключительно в сегменте краудинвестинга, а 19% совмещали оба направления. Оставшаяся доля приходилась на операторов, работающих в иных сочетаниях и смежных направлениях. Поэтому нельзя автоматически утверждать, что все площадки, не относящиеся к 57% краудлендинговых, совмещали краудлендинг с другими направлениями.

Логично предположить, что именно краудлендинговые площадки формируют существенную часть задолженности этого типа, однако по одной только структуре реестра нельзя вычислить их долю в дефолтах. В реестре отражено направление работы оператора, а не размер его портфеля, количество выданных займов или объем проблемной задолженности.

Это важное ограничение статистики. У нас может быть обоснованная гипотеза о концентрации риска, но не готовый расчет по каждому сегменту. Агрегированный отчет ЦБ не позволяет автоматически определить, какая платформа или модель скоринга сформировала конкретную часть просрочки.

Узнать дефолтность инвестиционных платформ по единой открытой таблице тоже нельзя. Регулятор публикует сводные данные, а детальная разбивка по отдельным операторам в полном объеме не становится рыночным рейтингом. Поэтому инвестор вынужден собирать картину из раскрытия самой площадки, договоров, отчетов о портфеле и информации о взыскании.

При этом отсутствие высокой просрочки в небольшой или молодой платформе не всегда говорит о превосходном скоринге. Возможно, портфель еще не достиг стадии, на которой заемщики должны были вернуть основную часть долга. Более надежный показатель — не единичный срез, а история за несколько периодов, причем с разделением по срокам займов и фактически завершенным сделкам.

Активность инвесторов и динамика реестра операторов в 2025 году

Параллельно с ростом просрочки меняется поведение инвесторов. К концу IV квартала 2025 года в реестрах платформ числилось более 231,9 тыс. лиц, которые когда-либо вложились в инструменты через инвестиционные платформы. Активными — то есть совершавшими сделки в последнем квартале — были 15%, или около 34,8 тыс. человек.

Здесь важно не повторять красивый, но неверный вывод о «двух третях инвесторов, вышедших из игры». Если активны 15%, то неактивными в конкретном отчетном срезе оказываются примерно 85% зарегистрированных участников. Но и это не означает, что все они окончательно ушли с рынка. Часть могла инвестировать раньше и ждать погашения, часть — сделать паузу, часть — держать средства на другой платформе или просто не совершать сделок именно в последнем квартале.

Статус «зарегистрирован» вообще не равен статусу «активный инвестор». Регистрация может сохраняться годами, даже если человек больше не размещает деньги. Поэтому корректнее говорить о низкой доле участников, совершавших сделки в последнем квартале, а не о массовом окончательном выходе из краудлендинга.

При этом объем выдач за 2025 год составил 23,66 млрд рублей — почти рекордный уровень, сопоставимый с 2023 годом. Получается любопытная конструкция: число активных участников невелико относительно всей накопленной базы, но денег через рынок проходит много. Это может означать концентрацию операций у более крупных и опытных инвесторов, а также существенную роль повторных вложений тех, кто уже знаком с инструментом.

Само по себе это не «здоровая» и не «нездоровая» тенденция. Для площадок наличие ядра постоянных инвесторов — плюс. Для рынка в целом концентрация денег у ограниченного числа участников создает дополнительный риск: если несколько крупных инвесторов одновременно сократят активность, объем новых размещений может быстро просесть.

Есть и обратная сторона. Опытный инвестор способен лучше оценивать заемщиков и распределять деньги между несколькими сделками, но это не отменяет системного риска. Если ухудшение качества заемщиков затрагивает значительную часть рынка, накопленный опыт не защищает от общей волны просрочек. Он лишь помогает не усиливать ее собственными решениями — например, не складывать весь капитал в несколько предложений с одинаковой отраслевой или корпоративной зависимостью.

Что означает запись в реестре ОИП

За 2025 год реестр операторов пополнился 21 новой компанией и покинули его 9 операторов. На конец года в нем числилось 105 ОИП. Эти цифры говорят о движении рынка, но не дают готового ответа на вопрос о качестве конкретной площадки.

Корректный статус здесь — оператор инвестиционной платформы, включенный в реестр Банка России. Это подтверждает, что компания получила право работать в соответствующем регулируемом поле и должна соблюдать установленные требования. Но запись в реестре не является знаком качества скоринга, гарантией доходности или обещанием возврата денег при дефолте заемщика.

Проще говоря, реестр — фильтр первого уровня. Если оператора нет в реестре, это принципиальный повод остановиться и выяснить правовую природу сервиса. Если оператор в реестре есть, начинается настоящая проверка: как он отбирает заемщиков, что публикует, как считает просрочку, кто отвечает за взыскание и как устроен конфликт интересов.

Среди 105 компаний есть крупные игроки с многолетней историей и небольшие платформы, начавшие работать недавно. Молодой ОИП может демонстрировать низкую просрочку просто потому, что его портфель еще не успел пройти полный цикл погашения. В первые годы статистика часто выглядит спокойнее, чем будет после наступления сроков по длинным займам.

Поэтому при чтении публичного отчета стоит смотреть не только на итоговый процент, но и на возраст портфеля. Если в нем много недавно выданных займов, показатель дефолтности еще не прошел проверку временем. Если же площадка раскрывает результаты по погашенным договорам, отдельно показывает длительную просрочку и объясняет итоги взыскания, такая статистика полезнее рекламного среднего процента за весь период работы.

Новые стандарты прозрачности: как рекомендации ЦБ меняют расчет доходности

В апреле 2025 года Банк России опубликовал рекомендации, которые должны изменить информационное поле вокруг краудлендинга. Суть — в более сопоставимом расчете фактической доходности и регулярном раскрытии сведений о просрочке.

ЦБ предложил учитывать фактические выплаты по договорам займа, срок исполнения обязательств по которым уже наступил. Это принципиально важный сдвиг. Доходность нельзя считать только по ставке, указанной в заявке, или по плановому графику, если часть заемщиков не заплатила вовремя. В расчет должны попадать реальные денежные потоки, а просрочки, реструктуризации и невозвраты должны отражаться в итоговом результате настолько, насколько это предусмотрено методикой.

Также рекомендовано ежеквартально раскрывать данные о просрочке, а итоговый отчет о доходности публиковать до 1 марта каждого года. Формально рекомендации не равны обязательным нормативным требованиям. Но для площадки это все равно важный ориентир: отказ от прозрачной методики усложняет сравнение с конкурентами и неизбежно вызывает вопросы у инвесторов.

Раньше сравнение «24% годовых у одной площадки и 19% у другой» могло быть почти бессмысленным. Операторы могли по-разному учитывать тело долга, штрафные проценты, закрытые договоры, реструктурированные займы и фактически полученные выплаты. Без одинакового определения доходности более высокая рекламная ставка не означала более высокий результат в портфеле.

Для инвестора это означает практичесную вещь: смотреть нужно не на одну ставку, а на связку из плановой доходности, фактических выплат, длительной просрочки и результатов взыскания.

Фактическая доходность — это не та цифра, которую обещали при входе. Это то, что реально осталось у инвестора после просрочек, дефолтов и реструктуризаций.

Эффект от новых правил будет отложенным. По итогам 2025 года сопоставимость данных еще не стала полной: годовые отчеты по новой методике должны раскрываться до 1 марта 2026 года. Первые цифры могут заметно отличаться от «средних температур по больнице», которые площадки показывали раньше. Это не обязательно будет означать ухудшение рынка. Иногда меняется не сам портфель, а способ его измерения.

Поэтому резкий скачок или падение доходности после перехода на новую методику нужно разбирать по составу. Изменилась ли доля просрочки? Пересчитали ли прошлые периоды? Включены ли реструктурированные займы? Сравниваются ли те же сроки и те же классы заемщиков? Без этих уточнений новая статистика тоже может стать очередной красивой цифрой без достаточного содержания.

Для сравнения площадок особенно полезно разделять три слоя результата:

1. Условия предложения. Это ставка, срок, график платежей, наличие обеспечения и возможного поручительства. Они описывают договор, но еще не говорят, как он будет исполняться.

2. Промежуточный результат. Сюда относятся полученные платежи по действующим займам, текущая просрочка и доля реструктурированных обязательств. Такой срез нужен для контроля, но он еще не окончательный.

3. Результат завершенного портфеля. Он показывает, сколько денег действительно вернулось после погашения, просрочек и взыскания. Именно этот слой ближе всего к фактической доходности инвестора.

Нельзя ставить рядом плановую ставку одного оператора и фактическую доходность другого, а затем объявлять победителем того, у кого процент выше. Это сравнение разных стадий жизненного цикла займа.

Лимит привлечения и риск концентрации

Отдельная история — законодательное ограничение на объем привлечения средств одним заемщиком через инвестиционные платформы. Сейчас речь идет не более чем об 1 млрд рублей в течение одного года. На первый взгляд это административный потолок: регулятор не дает превратить платформы в канал финансирования одной компании на неограниченную сумму.

Но для инвестора важнее не сам миллиард, а принцип концентрации. Если один крупный заемщик занимает заметное место в выдачах площадки, его кредитное поведение начинает влиять на результат большого числа инвесторов. При проблемах в бизнесе проседает не один договор, а сразу значительная часть пула.

Формальное соблюдение лимита тоже не всегда означает отсутствие концентрации. У заемщика могут быть несколько юридических лиц, связанных между собой общим собственником, управлением, проектом или денежным потоком. Если анализировать только название заемщика в карточке сделки, а не экономическую связь между компаниями, риск может выглядеть распределенным лишь на бумаге.

То же относится к отраслевой концентрации. Десять разных заемщиков из одной отрасли — это не то же самое, что десять независимых бизнесов из разных сегментов экономики. При изменении спроса, стоимости сырья, правил регулирования или доступа к кредитованию они могут одновременно столкнуться с ухудшением финансового положения. В отчетности это будут разные договоры, но для инвестора — один и тот же источник риска.

Какие признаки концентрации видны в статистике

Полная информация о распределении портфеля доступна не всегда, но некоторые сигналы можно искать даже в публичном раскрытии:

• крупнейшие заемщики занимают значительную долю общей выдачи;
• на одну отрасль приходится заметная часть действующих предложений;
• несколько компаний связаны общим собственником или группой;
• существенная доля портфеля приходится на один срок или один тип графика платежей;
• объем новых выдач заметно зависит от повторного финансирования прежних заемщиков;
• просрочка растет одновременно в нескольких предложениях одного сегмента.

Последний пункт особенно важен. Если проблемы появляются у нескольких заемщиков с похожей моделью бизнеса, это уже не просто череда индивидуальных неудач. Возможно, скоринговая модель одинаково переоценивает один и тот же фактор: сезонную выручку, залог, обороты или способность компании рефинансировать долг.

Нельзя делать вывод о качестве портфеля только по количеству размещенных сделок. Большое число предложений еще не означает реальную диверсификацию, если все они финансируют взаимосвязанные компании или зависят от одного канала продаж. И наоборот, небольшое число сделок не обязательно делает портфель плохим — вопрос в размере каждой позиции и в самостоятельности заемщиков.

Почему высокая ставка может быть следствием концентрации

На рынке краудлендинга доходность часто воспринимают как компенсацию за риск. Это логично, но только до определенного момента. Если площадка предлагает заметно более высокую ставку, причиной может быть не только качественная работа с заемщиками, но и более агрессивная политика отбора, слабее обеспечение или концентрация на бизнесах, которым сложно получить банковское финансирование.

Высокая плановая ставка при этом может создавать иллюзию запаса прочности. Инвестор мысленно допускает несколько проблемных займов, рассчитывая, что остальные проценты их перекроют. Но при глубокой просрочке теряется не только процентный доход: под угрозой оказывается тело долга, а взыскание занимает время и требует дополнительных процедур.

Поэтому считать допустимый риск через простое правило «ставка выше — можно выделить больше денег» опасно. Логика должна быть обратной: чем менее предсказуем портфель и чем выше зависимость от отдельных заемщиков, тем меньше должна быть доля одной сделки или одной группы связанных сделок в общем капитале инвестора.

Как читать отчетность платформы без самообмана

Отчетность ОИП полезна, если воспринимать ее не как рекламную витрину, а как набор неполных, но сопоставимых сигналов. Один показатель почти никогда не отвечает на вопрос о качестве всей площадки.

Сначала стоит посмотреть, что именно оператор называет доходностью. Это может быть ставка по размещенным займам, начисленный процент, денежный поток, результат по закрытым сделкам или показатель до учета дефолтов. Без определения термина цифра остается частью маркетинговой подачи.

Затем нужно проверить горизонт. Показатель за месяц легко меняется из-за нескольких крупных платежей и не отражает устойчивость портфеля. Годовой результат информативнее, но и он может скрывать разницу между займами, которые уже завершились, и теми, по которым срок погашения еще не наступил.

Отдельный вопрос — учет взыскания. Если площадка показывает сумму, возвращенную после просрочки, это хороший признак прозрачности, но нужно понимать, как именно она включается в отчетность. Возвращенные деньги могут относиться к старым периодам, а текущая просрочка — к новым займам. Без разбивки по времени возникает риск дважды учесть один и тот же успех или не заметить накопление новой проблемы.

Полезно сопоставлять публичные заявления с тем, что инвестор видит в карточках конкретных сделок. Если площадка сообщает о низкой средней просрочке, но в описаниях предложений регулярно встречаются переносы платежей, продления и реструктуризации, нужно выяснить, попадают ли они в общую метрику и в какой момент.

Наконец, важно читать не только раздел с доходностью, но и правила работы при проблемах:

• кто направляет требования заемщику;
• когда начинается претензионная работа;
• может ли оператор менять график без отдельного согласия инвестора;
• как распределяются расходы на взыскание;
• кто получает деньги от реализации залога или исполнения поручительства;
• как инвестор узнает о ходе процедуры.

Эти пункты не улучшают статистику напрямую, но объясняют, что произойдет после появления плохой цифры. Рынок оценивают не только по тому, сколько он зарабатывает в спокойный период, но и по тому, как он переживает неплатежи.

Что можно заключить из текущего анализа рынка

Статистика краудлендинга в России на конец 2025 года показывает не одну проблему, а сразу несколько. Просроченная задолженность растет, причем большая ее часть связана с задержками свыше 90 дней. Одновременно объем выдач остается высоким, а активность сосредоточена у сравнительно небольшой части зарегистрированных инвесторов.

Эти факты не дают основания объявлять рынок несостоятельным. Но они точно не поддерживают подход, при котором краудлендинг рассматривается как простой способ получать двузначный процент без кредитного анализа. Инструмент требует работы с портфелем, а не выбора одной привлекательной карточки займа.

Разрыв между отчетами ЦБ и цифрами платформ тоже не исчезнет мгновенно. Он связан не только с желанием операторов показать себя в лучшем свете, но и с разными периодами, знаменателями, статусами задолженности и методиками расчета. Новые рекомендации регулятора должны сделать данные понятнее, однако даже единые правила не заменят самостоятельный анализ состава портфеля.

Правильная последовательность выглядит достаточно прозаично:

1. Сначала определить, что именно измеряет показатель: договоры, рубли, текущую просрочку или накопленный результат.

2. Затем сопоставить период и состав портфеля: действующие займы, завершенные сделки, реструктуризации и взыскание.

3. После этого оценить концентрацию по крупнейшим заемщикам, связанным компаниям, отраслям и срокам.

4. И только потом сравнивать доходность разных платформ.

Такой порядок отнимает больше времени, чем чтение крупного процента на главном экране. Зато он не позволяет принять плановую ставку за заработок, низкую раннюю просрочку — за доказанную надежность, а запись в реестре — за гарантию возврата.

Финальный вывод здесь несложный, хотя и не самый удобный для рынка: статистика становится полезной только вместе с методикой. Отчет ЦБ нужен, чтобы увидеть общий масштаб и динамику риска. Данные платформы — чтобы понять, как этот риск распределяется внутри конкретного оператора. Ни один источник не заменяет другой.

Если площадка раскрывает определения, временные срезы, долю длительной просрочки, результаты взыскания и концентрацию портфеля, ее цифры можно анализировать. Если вместо этого инвестору показывают только ставку и среднюю доходность без объяснения расчета, перед нами не полноценная картина, а витрина.

Для краудлендинга это особенно важно: главный риск часто скрывается не в самой высокой просрочке, которую уже заметили все, а в том, что инвестор слишком поздно понимает, что считал ее не тем способом.